Соловьёв ТВ

PS Audio Trio P-200: почти по Булгакову

Повод для сегодняшней статьи — мой глобальный труд о том, как каждому стать гуру в аудио и проникнуть в мирозданье звуков, чтобы управлять им. Статья была, очевидно, сочтена настолько крамольной, что недалекий модератор на сайте РосБизнесКонсалтинга просто удалил ее с глаз долой.

В целом ряде случаев мы сталкиваемся с ситуацией, когда у нас на руках некая случайная техника, из которой приходится строить благозвучную систему. Мы боимся ее несовместимости с колонками, которые еще надо подобрать — а тесты советуют все перераспределить. Как быть?

Прежде всего, отвлечься от тестов. Вслушаться в свою незаконченную систему и попробовать ее достроить до логически завершенной. Если и это затруднительно, то прибегнуть к кабелям для «выравнивания» окраски между разными компонентами.

Преодоление стереотипов

Беру для примера Trio P-200, предусилитель не очень широко известной, но респектабельной марки PS Audio. Его форте — необычная схема по ручке громкости, которая обеспечивает «ровный» сигнал на любом своем положении. «Пред» имеет балансный выход XLR. Предположим, незадачливый родственник подарил вам на день рождения этот «рыцарский», но какой-то «половинчатый» усилитель, к которому надо подбирать «мощник», грамотно соблюдая высокую разность между входным и выходным сопротивлениями, затем настраивать чувствительность (вольтаж) входа у мощника — и прочее заковыристое и неоднозначное.

Сколько ни пишу об этом — а сам я не могу свыкнуться с абракадаброй как «токовая отрицательная обратная связь». Лично я чувствую звук и характер электроники интуитивно. Гуру не нужно объяснять свои ощущения, иначе он перестанет быть гуру. Писатель не может преподавать язык в школе, даже если его сочтут за это невеждой. Но и всякий честный инженер не видит себя как гуру, а школьный учитель — себя как писателя.

Итак, родственник купил вам диковинку. Вещица специфическая, и если у вас ничего к ней нет, то — озадачивающая. За ее угловатостью кроется некое еще нереализованное сумасшедшее качество. Опять же здесь хотелось бы задействовать балансные, а не обычные, разъемы.

Что бы тут сделал я? Моему примеру следовать могут лишь авантюристы с развитым слухом, для которых сие — вызов. В данном случае я бы рискнул и сыграл на «противоходе» окраса компонента, как в теннисе. Накопил бы денег на SACD-проигрыватель Marantz SA-7S1 и накупил бы этих дисков по распродаже формата, которой (в известном сетевом салоне) не видно конца. Особенно радует Telarc Jazz.

Как я ни презираю битстримный характер звучания этого формата дисков, именно его «острый» характер и яркий окрас отвечают философии Marantz и категорически противоречит философии PS Audio. Когда запасы SACD закончатся, владелец будет уверен: его CD будут звучать очень близко к ним, поскольку философия и схемы оказывают свое влияние. Это притом, что тракт декодера DSD здесь, в этом проигрывателе, совершенно раздельный от РСМ — как диктует цена.

Логичнее, безопаснее и благополучнее было б завершить систему проигрывателем PS Audio и любым американским стереоусилителем мощности и стереоколонками. Можно не подбирать, не согласовывать вход «мощника» с выходом «преда» — они по определению выстроятся гармонично, поскольку у вас уже проигрыватель + предусилитель = мощная «диктующая» схема.

Дело в том, что означенный выше проигрыватель мне мил не только своей дерзостью против PS Audio, но и эксклюзивным бонусом — подключением внешнего тактового генератора. Эта сверх-дорогущая штуковина позволяет перекроить звук до неузнаваемости по его принадлежности и формату, оставив хай-энд-суть и достоверность в неприкосновенности. Вот где море приятных сюрпризов и ощущение покоренного Эльбруса. О тактировании — поговорим в следующий раз. А сегодня…

Методика проникновения

Названная статья, к сожалению, не сохранилась, и я восстанавливаю здесь ее обрывки с выпусканием обоснований — у нас тут не защита диссертации. Предупреждаю: придется-таки поработать мозгами, хотя «базовая» методика развития своего музвосприятия проста. Вот она. Сосредоточтесь на частях звуковой сцены, слушая музыку на системе. Сначала — на проекции и глубине сцены, потом — на ее планах (рядах музыкантов) и на пространстве вокруг отдельного инструмента. Так, кстати, предписывает руководство для экспертов Лиги Звука МТУСИ, авторитетного рефери в публичных «соревнованиях» аудио систем. Вскоре вы поймете, что такое «плоский», «холодный» и прочие метафоры и аллегории относительно звука музыки. Вы сможете ковать новые аллегории. В данном случае наивысший эксперт — тот, что с большим стажем сравнений и проникновений.

Что считать верно сформированным звуковым образом и убедительной звуковой сценой? В случае разряженной музыки и «скупой» динамики формата или записи, партия звучит обволакивающе за счет отраженных волн в комнате и создает впечатление о большом размере самого солирующего инструмента. Этот же эффект получается при снятии звука на записи очень близко придвинутым микрофоном. Во втором случае пространство как бы делится между музыкантами группы и размер каждого (каждой партии) воспринимается уже поменьше, но зато благодаря игре отраженных волн и взаимодействию между звуком инструментов (переходные частоты), можно во-первых четко определить нахождение каждого из них, а во-вторых — вообразить вместо образов подлинные инструменты и даже музыкантов «в теле». Если в этих образах недостает плотности, массы, или же они мерещатся плоскими, расплющенными — то это следствие особого фазового эффекта в настройке системы называется прозрачностью. Прозрачность — признак быстроты (быстрой реакции) и респектабельной «ламповости» (специфический маломощный теплый звук ламповой техники).

Лампа — это джаз. В противоположность лампе, транзисторы дают более инертный, но крупномасштабный и тяжелый звук, подходящий для рок-музыки Цифровой чип — наиболее быстрый трансдюсер с кратчайшим трактом сигнала, но его аналитичный звук не успевает сбалансированно добавить и отобразить гармоники, обертоны, как это делают два других типа схемы — транзистор или лампа. Чтобы цифровая аудиосистема отыгрывала их тоже, ее (усилительную часть, в основном) строят на массивных аналоговых деталях и ламповых каскадах.

Часто можно видеть компьютерное графическое «представление» комнатных резонансов. Это диаграммы в цвете. Они в целом соответствуют ассоциативному мышлению и нашему восприятию звуковой сцены. Горячие цвета — это самые динамичные, событийные участки сцены по присутствию в них музыки, холодные — как правило, разряженные дальние участки с второстепенными инструментами. Тыл важен, поскольку слух чутко на него реагирует. Тыл создается эффектом отражения, которое смешивается с основным звуком из колонок. Звукорежиссер в записи может сознательно включать такую провокационную информацию, но в любом случае комната сделает это за него.

На типичной записи большого оркестра микрофоны призваны зарегистрировать не только сцену в целом, но и нюансы самого дальнего инструмента. И слушатель на своей системе должен раскрыть эту сцену именно в таком виде — или хотя бы «адекватно фантазийно», если не совсем точно. Мозг тут проделывает определенную работу, но чем лучше система, тем меньше «фильтровать» мозгу.

Рукописи не горят

Можно ли слепо доверять тех-экспертизе, то есть — графикам, измерениям, чертежам, выкладкам? Нельзя, ведь графики строят люди, а людям свойственно ошибаться. Гуру не ошибается, поскольку опирается на божественное и сообщается с ним. Как альтернативу, в Интернете можно нарыть руководство, предписывающее оценку звука по корректному звучанию септаккорда. Подробнее здесь не привожу. И так понятно, что сие неприемлемо.

Нет слов, убедительно и красиво выглядят 3D диаграммы в цвете, которые наглядно отражают свойства того или иного аудио. Читатель наверняка знает (видел на дисплее своего плеера), что музыка и вообще звук выражаются красивой графикой. Короткий резкий звук — всплеск, солирующая партия — гребенка горных пиков, а стиль «амбиент» — словно морской штиль. На многих дисплеях «пики» окрашены в горячие цвета, «провалы» в прохладные, разделительная «бесхарактерная» средняя частота 1 кГц — бесцветная или белая, и вся гамма цветовых оттенков переливается между ними в зависимости от «бойкости» отображаемой музыки. Не так ли?

Чтобы принять, понять и вкушать эту «цветомузыку», нам не нужно ни знаний, ни опыта, ни ассоциативного или аналитичного мышления. Больше того: младенец, кошка, попугай реагируют на «живую» графику очень живо, а комнатные растения (не имеющие глаз) отвечают на муз-фон интенсивностью цветения. Из этого логично следует, что:

  1. На технических диаграммах и графиках нами наиболее непосредственно воспринимается характер и форма линии, а не ее количественные показатели (в АЧХ это соотношение децибел и герц, в других графиках — соотношение вольт, Ом и герц, и так до бесконечности). Этот «чувственный» феномен давно служит для экспертизы и рекламы техники: красивый гордый график — хорошо, неэстетичный — плохо.
  2. Изображение телевизоров и музыка аудиосистем выражаются в физических величинах весьма условно, абстрактно, опосредованно и оторвано от интуитивного восприятия человека. Как и нотная запись, этот «технический язык» приемлем в производстве продукта (фильма, песни, дисплея, проигрывателя), но не в его потреблении. Абсурдно ведь наслаждаться собственно нотой «Ре минор» в хрестоматийной одноименной фуге Баха? Ну а расхождения спецификаций с реальной работой техники — вообще притча во языцех.
  3. Как музинструменты и как сам музыкант, воспроизводящая техника — это нечто большее, чем материальная физическая схема. Менее постижимое, более ощутимое «шестым чувством». Этот факт с готовностью разделяют сами разработчики (их лучшие аппараты нарушают законы физики), но замалчивают технические эксперты.
  4. Чем человек трепетнее, восприимчивее, чувственнее, интуитивнее, артистичнее — тем он более адекватен в оценке аудио-видео техники и тем неуместнее тут «поверка» лабизмерениями. Иными словами, у младенца тут больше шансов, чем у доцента кафедры электроники, который может создать прибор для абстрактных величин. А у Сальватора Дали было бы больше шансов, чем у младенца. Установлено, что дети «регистрируют» частоты до 18 кГц, а одаренные люди «интуичат» более высокие частоты по их «артефактам». Но герц — это лишь звуковой тон, ничтожная часть «айсберга» музпроизведения. Увидеть айсберг целиков не дано никому вообще.

Послесловие

Я не знаю, удалось ли мне в хаосе «извлеченной из огня» рукописи передать читателю ее суть. Я бы посоветовал проделать усилие над собой и пройтись по тезисам, чтобы вернуться к загадочному компоненту PS Audio и раскрыть его характер с новым пониманием. Если понимание не появится, значит — я где-то недоработал.

Все материалы раздела «Обзоры от Елбаева»



Реклама

Календарь
  • Понедельник
  • Вторник
    7:00—11:00
    «Полный Контакт». Радио «Вести FM»
  • Среда
    7:00—11:00
    «Полный Контакт». Радио «Вести FM»
  • Четверг
    7:00—11:00
    «Полный Контакт». Радио «Вести FM»
    23:20
    «Поединок». Телеканал «Россия 1»
  • Пятница
  • Суббота
  • Воскресенье
    23:30
    «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым». Телеканал «Россия 1»
Проведение мероприятий