Соловьёв ТВ

Владимир Соловьев: «Журналистом я так и не стал». Журнал «City Airport», август, 2005. Беседовала Марина Калиниченко

О профессиях

Сколько я сменил в жизни профессий, не считал. И лаборантом работал, и переводчиком, и дворником, и учителем, и кирпичи клал, и стройотрядом командовал, и афиши расклеивал, и актером подрабатывал на Мосфильме в массовках (отличная работа была, если договориться с бригадиром, то за день можно было сняться в трех фильмах и получить кучу денег), и вагоны разгружал, и урожаи убирал, и шапочки шил, и платьица шил, и машины из Средней Азии гонял, и карате преподавал, и телохранителем работал…

Когда я был очень маленьким, мечтал стать Петром I, чтобы заново открыть Ленинград. Позже меня стала интересовать профессия спортивного комментатора. Я все думал, как же они так быстро произносят слова. Сомневался, а сам так смогу… Собирался стать артистом, затем физиком… О журналистике не думал никогда, и по большому счету журналистом так и не стал, скорее ведущим. Журналист описывает то, что случилось сегодня, то есть де-жур, я скорее размышляю на эту тему.

О маме

В том, что я очень люблю свою маму, а она любит меня, нет ничего необычного. Но интересно, что у нас абсолютно равные отношения. Мама очень тонкий и умный человек, наверное, благодаря этому у меня всегда было очень высокое отношение к женщинам. Мне никогда не приходило в голову, что мужики умнее их. Сама идея такого противопоставления кажется мне глупой. Мама во многом мой ангел-хранитель, к счастью, иногда и я — ее. Мы каждый день созваниваемся и обязательно на неделе видимся. К сожалению, времени катастрофически не хватает, поэтому я недостаточно внимательный сын, так же как недостаточно хороший отец и недостаточно хороший муж.

Об учебе

С детства увлекался историей и литературой. Кроме того, очень серьезно занимался спортом, обожал футбол и хоккей, с 14 лет стал изучать боевые искусства (черный пояс карате. mdash; Прим. авт.). А вот в школе учился плохо, кажется, в 8 классе с трудом сдал все на четверки. Знания давались мне легко, просто я не понимал, зачем это нужно. Осложняли ситуацию и мои всегда довольно сложные отношения с преподавателями, никогда не умел подлизываться. Но когда получил аттестат, средний балл был пять. Институт окончил с красным дипломом и в 22 года стал инженером-металлургом. Но всю жизнь работать металлургом я не собирался. Такого слова, как «бизнес», в 1986 году еще не было, Перестройка только-только начиналась, и Советский Союз пока очень твердо стоял на ногах. Учиться мне нравилось, мировая экономика интересовала всегда, а потом было естественно, получив красный диплом, стремиться к кандидатской степени. Я ее получил.

О критике

Для меня критика — это средство пиара. Я ее обожаю. Когда куча людей, ничего не понимающих в телевидении, но наивно считающих себя телевизионными критиками, пытаются что-то писать, меня это к тому же веселит. Их критика — это совсем не критика, а страстное желание состояться в этой жизни хоть кем-то. Я часто вспоминаю фразу Генри Форда: «Главное, чтобы фамилию написали без ошибок, а что напишут — неважно». К сожалению, телевизионной критики в России пока нет. А вот мнение профессионалов мне небезразлично: что говорит Левин, Эрнст, Осокин, Миткова, Света Сорокина, Андрей Макаревич…

О телевидении

Очень странно, но к телевидению относятся, как к очень раннему искусству, переживающему детские болезни роста. Вам говорят: «Нет! Вы объясните! В каком это жанре?!» Когда вы утром проснулись и идете заниматься утренним туалетом, вы в каком жанре? Жизнь человека нельзя запихнуть в рамки, каждый день своей жизни мы эти рамки раздвигаем. Мало того, за счет того, что я живу вне рамок, я интересен и окружающим, и себе. Ведь все гораздо сложнее, а вам опять говорят: «Нет! Вы политический журналист! Извольте сделать серьезное, важное лицо и поскромнее!» Или еще: «Что это такое?! Вы не должны высказывать свою точку зрения!» Это почему? Кто это решил? Кем это принято? Я пришел в этот жанр совсем другим. Люди меня слушают и смотрят. Значит, им интересно то, как я это вижу и что говорю, они понимают, что я чувствую и абсорбирую их боль… В противном случае, они не стали бы смотреть мои программы.

О политиках

Я с ними безукоризненно корректен, никогда себе не позволяю хамства и грубости. Все, что я высказываю неприятного для них, всегда честно и не касается их лично, я лишь комментирую то, что они говорят. Кроме того, они знают, что я не ангажирован, я не занимаюсь заказами, поэтому люди, которые ко мне приходят на передачи, очень разные. Например, Владимир Вольфович — человек настроения, но он совсем не клоун и не глупец. Он гораздо умнее многих тех, кто о нем пишет. Гораздо! Ведь в чем проблема журналистов? Им искренне кажется, что они так же умны и образованны, как и их собеседники. Глубочайшее заблуждение! Именно из-за бездарности журналистов, телезрители сталкиваются с масками, которые вынуждены на себя надевать публичные люди.

О будущих журналистах

Когда я учу детей интервьюированию (я даю мастер-классы в Институте телевидения и радиовещания), то объясняю им: хороший интервьюер должен быть как зеркало высокой степени шлифовки, а шлифовать себя нужно знаниями. Тогда вы сможете отразить в себе многогранность образа пришедшего к вам гостя. Мне нравится преподавать, потому что я обожаю общаться с людьми, но меня огорчает, когда приходят студенты, а глаза у них тупые. Им говоришь — надо читать, а они не читают. Меня бесит, когда приходят будущие журналисты, в глаза не видевшие Ветхий Завет, Евангелие, Коран… меня коробит, когда они занимаются телевидением и не смотрят телевизор.

О талантах

По-настоящему хорошо я умею думать, это мой главный и единственный талант. Его я прикладываю и к личной жизни, и к профессиональной деятельности. Еще у меня есть феноменальное свойство — я вижу людей и умею помогать им реализовывать таланты. Я занимаюсь этим не как продюсер, но как руководитель группы. Обычно вокруг меня, позволю себе такую нескромность, люди расцветают. В результате уже много лет со мной работает фантастическая команда, профессиональная и преданная.

О творчестве

Однажды юная журналистка спросила у Булата Окуджавы что-то о творчестве. Он ответил: «Творчество — это у Алены Апиной, а у меня — каждодневная, тяжелая работа». То же могу сказать и про себя. Книги писать я люблю. О таланте говорить не буду, но как человек, много читавший, скажу, что мне не стыдно за свой стиль. Более чем критично отношусь к своему вокальному творчеству, несмотря на записанный диск. Так как пою я, может петь любой российский человек после 100 граммов.

Об интересах

Я действительно многим интересуюсь. Но я не собираю букашек, фотографии, подписки журналов, и у меня нет любимой книги «Мужчина и женщина», которую я в случае пожара готов вынести, прижав к груди. Помимо работы я интересуюсь жизнью. Меня дико интересуют люди, психология, история, религия, я очень люблю путешествовать: ездить, смотреть и чувствовать воздух другой жизни. Я очень люблю машины, они для меня не кусок железа, а воплощение осознанного усилия большого количества людей. Автомобиль, если угодно, — это жеребец из правильной конюшни. То есть выбор должен быть не случайным. При этом хорошо понимаю, что я вовсе не гонщик и отнюдь не большой специалист, если речь идет о ремонте. Но если говорить об истории, экономике, маркетинге или о дизайне автомобилестроения — здесь я достаточно много читал, и у меня есть некоторые знания в этих областях.

О высотах

Я считаю, что невозможно достичь высот, будучи непорядочным человеком, иначе это не высоты, а низины и провалы.

О звездной болезни

Есть ли она у меня? Мне сложно сказать, изнутри не видно. Я не слышал, чтобы кто-нибудь из людей, с которыми я общаюсь, сказал мне, что я барственно подал ему руку, не поздоровался, не заметил, оскорбил… Я очень требователен по отношению к себе, и в отношении работы в том числе. У меня нет гигантского кабинета, длинноногих секретарш… У меня нет машины сопровождения от телеканала, нет государственных дачи и квартиры. Я не зациклен на себе, и этого нет в моих программах, поэтому люди меня и смотрят. А названия «Соловьиные трели», «Золотой соловей», «Страсти по Соловьеву» и т.д. придумал не я. Наоборот, не люблю, когда в названиях есть моя фамилия. Просто я хорошо понимаю, что, начиная с какого-то момента, твоим именем тупо торгуют, используя его как бренд, что от меня не очень-то и зависит. Кстати, в названиях «Соловьиные трели», «Золотой соловей»… по-моему, больше иронии, чем бахвальства.

О характере

Очень тяжелый, жесткий и неудобный. В первую очередь по отношению к себе. Другим я многое могу простить. Я понимаю, когда кто-то опоздал или что-то не так сделал. А вот себе простить не могу, что недосмотрел, поручил больше, чем человек реально может сделать. Я не могу назвать себя злым человеком или добрым. Я другой, потому что пытаюсь быть справедливым. Я не очень хорошо понимаю, что такое скромность. На мой взгляд, скромность — это незнание себя. Тактичный, да. В личной жизни я очень тактичный человек. В профессии — нет. На радио ты, например, вынужден быть бестактным, потому что 4 часа должен держать аудиторию в напряжении, на телевидении я мягче и сдержанней.

О гениях

Конечно, я абсолютный гений (не раз говорил об этом в интервью, видимо, отсюда и идут разговоры о моей звездной болезни). Я это понятие очень жестко определяю. Гений — человек, который осознает ответственность перед богом за дарованные таланты и поэтому пашет в 100 раз больше обычных людей. Гениальность не дает вам никаких поблажек, наоборот, если угодно, это проклятье, потому что там, где можно было бы расслабиться с друзьями, выпить водочки и отдохнуть, вы должны пахать, пахать и пахать. Гениев очень много. Макаревич — абсолютный гений, Леонид Ярмольник — конечно, Миша Веллер — гений, Галина Борисовна Волчек… да я вам столько гениев приведу… Чем они все отличаются? До них пытаешься дозвониться, а они всегда заняты, потому что пашут.

О семье

В трудную минуту поддерживать семью должен я, а не наоборот, потому что я мужик. Это моя задача — чтобы в их жизни не было трудных минут. Свои трудные минуты я переживу сам, внешняя помощь мне не нужна. Нужна лишь любовь людей, которых люблю я, и, к счастью, она у меня есть. Своими детьми могу только восхищаться. Это совершенно гениальные дети, и взрослые, и маленькие, гораздо талантливее меня.

О жизни

Я искренне верю, что в жизни каждый человек ежесекундно и ежеминутно ведет диалог с Богом. Он просто это слышит или не слышит, осознает или не осознает. Нет, конечно, если ты произошел от обезьяны, то с тобой ведет диалог обезьяна. Но если ты — все же божественное творение, тогда понимаешь, что за все совершенные в жизни поступки ты несешь ответственность. Для меня форма жизнедеятельности — это мыслительный процесс, который по большому счету есть ежедневная борьба добра и зла, света и тьмы. Смысл жизни для меня, сделать так, чтобы добра стало хоть на капельку больше, чем зла. Каждым своим поступком я пытаюсь на это влиять, несмотря на всю внешнюю бессмысленность происходящего вокруг.

Все материалы раздела «Пресса»



Реклама

Календарь
  • Понедельник
  • Вторник
    7:00—11:00
    «Полный Контакт». Радио «Вести FM»
  • Среда
    7:00—11:00
    «Полный Контакт». Радио «Вести FM»
  • Четверг
    7:00—11:00
    «Полный Контакт». Радио «Вести FM»
    23:20
    «Поединок». Телеканал «Россия 1»
  • Пятница
  • Суббота
  • Воскресенье
    23:30
    «Воскресный вечер с Владимиром Соловьевым». Телеканал «Россия 1»
Проведение мероприятий